Читаем без скачивания [Яой] Система [Спаси-Себя-Сам] для Главного Злодея/ The Scum Villain’s [Self-Saving] System - Мосян Тунсю

прогулочным шагом, Шэнь Цинцю к своему немалому удивлению не обнаружил там своего ученика, так что решил тщательнее изучить его таинственное обиталище.

Он как раз собирался хорошенько осмотреть всё вокруг, когда каменная дверь внезапно распахнулась, и в комнату нетвёрдой походкой ввалилась тёмная фигура.

Сперва Шэнь Цинцю бросил на вошедшего суровый взгляд, однако, узнав его, невольно вскрикнул:

— Ло Бинхэ?

Похоже, в отличие от него, сам Ло Бинхэ был порядком ошарашен подобной встречей.

Зрачки его ученика мигом сузились до размеров булавочной головки, и лицо Шэнь Цинцю отразилось в угольно-чёрных глазах — за долю секунды царивший в его взгляде ледяной холод обратился в замешательство.

Однако заклинатель не обратил внимания на перемены в лице ученика, потому что в тот момент его куда больше занимала свежая кровь, заливавшая того с головы до ног. Сделав пару шагов к нему, Ло Бинхэ внезапно покачнулся — Шэнь Цинцю тотчас подскочил, подхватив его, при этом он бессознательно отметил, что кровь сплошь пропитала одежду на спине ученика.

— Что случилось? Кто это сделал? — встревоженно спросил он.

В самом деле, кто мог сотворить подобное с Ло Бинхэ на его собственной территории? Так или иначе, это был явный сбой программы… Или, став гомосексуалистом, Ло Бинхэ вместе с аурой жеребца утратил и ореол неуязвимости главного героя?

Ло Бинхэ хрипло рыкнул сквозь стиснутые зубы:

— Уйди!

«Уйди»?! Он что, велит ему… бежать от опасности?

— Хорошо, уходим, — поспешно согласился Шэнь Цинцю, привычным движением обхватывая его за талию.

Мог ли он предвидеть, что в следующий момент Ло Бинхэ, поджав губы, отпихнёт его?

Он впервые оттолкнул его на памяти Шэнь Цинцю! Само собой, тот, окончательно сбитый с толку, решил, что ученик велит ему спасаться самому.

Он не хотел впутывать в это учителя?

Во всяком случае, это было единственным объяснением, пришедшим в голову Шэнь Цинцю.

— Прекрати! — велел он. — Учитель отведёт тебя на хребет Цанцюн.

На лбу Ло Бинхэ тотчас набухли вены.

— Я туда не пойду! — прохрипел он.

«Ну вот, опять он за своё…» — устало заключил Шэнь Цинцю, вслух бросив:

— Снова твои капризы? Прежде всего, тебя надо отвести в безопасное убежище… — С этими словами он опустил ладонь на спину Ло Бинхэ — и тот замер.

В его тело устремился мощный поток тёплой духовной энергии.

Чувствуя, что жизнь ученика теперь вне опасности, Шэнь Цинцю извлёк Сюя из ножен и, обхватив Ло Бинхэ, воспарил в небо вместе с ним.

Поскольку Сюя происходил с пика Ваньцзянь, барьер хребта Цанцюн не представлял для него препятствия, так что Шэнь Цинцю смог проникнуть в родную школу незамеченным.

Но от кого он никогда не мог укрыться, даже сохранив своё появление в тайне от остальных — так это от собственных адептов: кто-то уже находился в Бамбуковой хижине, когда он затащил в неё Ло Бинхэ.

Мин Фань подметал, что-то бормоча себе под нос, а Нин Инъин с закатанными рукавами метёлкой смахивала пыль с верхних полок, стоя на бамбуковой скамеечке.

Они оба были изрядно огорошены внезапным появлением Шэнь Цинцю, который явился, распахнув дверь ударом ноги, однако, узнав его, тотчас воскликнули в один голос:

— Учи…

Шэнь Цинцю поспешно провёл пальцами по губам, словно закрывая рот на молнию, и ученики мигом притихли.

— Ну и что вы раскричались? — прошептал он. — Хотите, чтобы сюда сбежался весь пик Байчжань в полном составе?

А Лю Цингэ не преминул бы примчаться, заслышав о появлении Шэнь Цинцю — и куда он тогда, спрашивается, спрячет Ло Бинхэ, учитывая его нынешнее состояние?

И следует ли упоминать, что самыми неутомимыми бузотёрами, не желающими примириться с существованием Ло Бинхэ в одном мире с ними, были эти самые малолетние террористы с пика Байчжань — и это при том, что сам Ло Бинхэ не давал им сдачи, таким образом превращаясь в мальчика для битья. Пусть они и не могли причинить ему серьёзного вреда, всё же приятного в этом было мало.

Большие глаза Нин Инъин ещё сильнее расширились, и она поспешно прижала ладони ко рту, судорожно кивая, словно клюющий рис цыплёнок. Заметив, что Ло Бинхэ весь в крови, она тотчас отдёрнула руки от лица, воскликнув:

— Учитель, что случилось с А-Ло?

Ло Бинхэ бросил на Мин Фаня недоумевающий взгляд, прямо-таки сочившийся ненавистью — словно задетый обжигающим холодом этого взгляда адепт крепче вцепился в рукоять метлы и втянул голову в плечи, едва удержавшись на ногах.

Всецело поглощённый заботой об ученике Шэнь Цинцю не обратил на это внимания. Усадив Ло Бинхэ на край постели, он велел адептам:

— Это всего лишь небольшое ранение, так что вы оба можете идти. Набор первой помощи с пика Цяньцао лежит на прежнем месте?

— Мы ничего не трогали, — торжественно отозвалась Нин Инъин. — Всё на тех же местах. Учитель, вам нужна наша помощь?

— Нет, этот наставник сам справится, — отмахнулся Шэнь Цинцю.

Выпроводив адептов, он помог Ло Бинхэ разместиться на кровати, подложив ему под спину подушку, после чего, опустившись на корточки, принялся стаскивать с него сапоги.

Его ученик продолжал хранить молчание, плотно сжав губы — он уставил на белоснежную шею Шэнь Цинцю неподвижный взгляд блестящих глаз, в котором настороженность то и дело сменялась смертельной холодностью.

Полагая, что ученик безмолвствует, потому что слишком слаб, Шэнь Цинцю взял мягкое полотенце, чтобы вытереть стекающий по лбу холодный пот. Вынув несколько бутылочек и горшочков из предоставленного Му Цинфаном набора, он вернулся и протянул руку, чтобы раздеть Ло Бинхэ.

Тот схватил его за руку с такой силой, что Шэнь Цинцю нахмурился — он хотел было шлёпнуть ученика по лбу, но левая рука была занята.

— Прекрати упрямиться, — бросил он, понизив голос. — Я должен позаботиться о твоих ранах.

Поскольку Ло Бинхэ и не думал выпускать его руку, Шэнь Цинцю, потеряв терпение, вытряхнул разноцветные пилюли в левую ладонь и попросту запихнул их в рот ученика.

Лицо Ло Бинхэ, рот которого был до отказа забит разнокалиберными пилюлями, потемнело, и он наконец убрал руку. Воспользовавшись этим, Шэнь Цинцю поспешил стащить с него одеяния. Окинув тело ученика беглым взглядом, он так и не решил, с чего начать, так что вновь взялся за полотенце, чтобы промокнуть кровь.

Открытые раны источали завитки демонической энергии. Само собой, это были не обычные раны — в противном случае они бы давным-давно затянулись. Осторожно промывая их, Шэнь